УДК 33 Экономика. Народное хозяйство. Экономические науки
Исследование посвящено анализу риск-профиля индексов устойчивого развития Московской биржи (MESG, MRRT, MRSV, MRSVR) в сравнении с базовым индексом российского фондового рынка IMOEX в течение календарного 2024 года. Цель работы заключалась в количественной оценке различий в доходности, волатильности, систематическом риске и хвостовых рисках между ESG-ориентированными индексами и широким рыночным индикатором. На основе месячных значений индексов были рассчитаны простые доходности, годовая волатильность, β-коэффициенты, исторические показатели VaR и CVaR, максимальная просадка и матрица корреляций; дополнительно проведён тест Левена на равенство дисперсий. Результаты показали, что все индексы завершили год с отрицательной доходностью, однако их риск-характеристики существенно различаются. Индексы MESG и MRRT продемонстрировали более низкую волатильность и значения β ниже единицы, что свидетельствует о сниженной чувствительности к рыночным колебаниям. Напротив, индексы MRSV и MRSVR характеризовались повышенными уровнями волатильности, более высокими значениями VaR и CVaR и наиболее глубокой просадкой. Несмотря на визуальные различия, тест Левена не подтвердил статистически значимых различий дисперсий доходностей MESG и IMOEX, что обусловлено ограниченным объёмом временного ряда. Научная новизна исследования заключается в комплексном сравнении российских ESG-индексов на основе согласованного набора традиционных и хвостовых риск-метрик. Практическая значимость результатов заключается в возможности использования полученных оценок риска при формировании инвестиционных портфелей, оценке рыночной устойчивости и совершенствовании методологии построения ESG-индексов в условиях повышенной волатильности российского фондового рынка.
ESG-инвестирование, ESG-индексы, устойчивое развитие, риск-профиль, фондовый рынок, волатильность, Московская биржа
Введение
За последнее десятилетие концепция устойчивого развития стала одним из определяющих векторов развития мировых финансовых рынков. Растущая роль её составляющих, ESG-факторов (Environmental, Social, Governance) отражает фундаментальную перестройку механизмов оценки рисков, эффективности и долгосрочной устойчивости компаний. Согласно мета-анализу более 2000 эмпирических исследований, совокупное влияние ESG-характеристик на финансовую результативность может быть положительным или нейтральным, в зависимости от структуры рынка и уровня зрелости институтов [8]. Эти выводы актуализируют необходимость углублённого изучения поведенческих особенностей ESG-ориентированных активов на развивающихся рынках, включая Россию, где институциональная среда и стандарты раскрытия заметно отличаются от европейских и американских практик.
На международном уровне широкое распространение получили исследования, посвящённые влиянию ESG-рейтингов на стоимость капитала, волатильность и стоимость компании. Работы Гизе Дж., Ли Л., Мелас Д., Надь З., показывают снижение систематического риска и улучшение профиля доходность-риск компаний с высокими ESG-оценками [11]. Исследования Де Люсия К., Пазиенца П., Бартлетт М., на выборке европейских компаний подтверждают наличие устойчивой положительной связи между качеством ESG-практик и рентабельностью активов и капитала [6]. Аналогичные результаты демонстрируют Велте П. и Вонг В.К., выделяя положительное влияние ESG на стоимость компании и рыночную капитализацию [14, 16]. В то же время ряд авторов подчёркивают неоднозначность эффекта: ESG-рейтинги могут искажаться размером фирмы, структурой раскрытия информации и методиками оценки агентств [7], что приводит к риску систематической переоценки крупных компаний.
Отдельное направление исследований посвящено институциональным особенностям развития ESG-подходов. Гарсия А.С., Орсато Р.Х. показали, что институциональная среда и уровень устойчивости национальных рынков существенно влияют на корреляцию между ESG-показателями и финансовой результативностью [9]. Схожие выводы представлены в исследовании Ван З., Саркис Дж., подчёркивающих значимость корпоративного управления и прозрачности ESG-отчётности [15]. Существенный вклад внесла работа Дремпетич С., где установлено, что крупные компании демонстрируют более высокие ESG-рейтинги за счёт большей доступности данных, а не из-за реальных устойчивых практик [7].
Российские исследования ESG-интеграции активно развиваются после 2020 года. Ряд работ, показывает, что ESG-рейтинги российских компаний оказывают влияние на стоимостные показатели и рыночную устойчивость, однако эффект существенно варьирует по секторам [2, 12]. Также подчеркивается необходимость совершенствования национальных методик экологической оценки и ESG-рейтингов [3]. Рябова Е.В. и Россохин В.В. выявляют, что финансовая результативность ESG-ориентированных компаний различается в зависимости от степени интеграции экономики в международные цепочки стоимости [4]. Эти выводы подтверждают, что российский рынок требует отдельной аналитической модели.
С точки зрения инвестиционного процесса важными являются исследования, анализирующие применение ESG-факторов как инструмента принятия решений. Чернышова М.В., Шогенова В.М. в своей работе показывают, что инвесторы используют ESG-показатели для корректировки риск-профиля и формирования стратегий долгосрочного устойчивого инвестирования [5]. Эта линия исследований согласуется с зарубежными работами Су В. И Ю Э.П. о сигнальном эффекте ESG [13, 17].
Важным элементом современного научного дискурса является оценка того, как ESG-метрики отражают реальную устойчивость компаний. Работы Гарви Г., Каздин Дж., Нэш Дж. предупреждают, что высокие ESG-рейтинги могут отражать не фактические результаты, а качество корпоративной отчётности, что создаёт риск некорректных инвестиционных решений [10].
Несмотря на широкое распространение ESG-индексов на развитых рынках (STOXX Europe ESG Leaders, MSCI ESG Leaders), российские ESG-индексы остаются малоизученными. Методологические различия RAEX, РСПП и Московской биржи формируют особую структуру выборки и потенциально искажают связь ESG-рейтингов с финансовыми показателями.
Учитывая высокую волатильность российского рынка в 2022–2024 гг., оценка доходности, риска, бета-коэффициентов, корреляционной структуры и различий дисперсий ESG-индексов является особенно актуальной. Таким образом, в условиях отсутствия унифицированных методик и значительных институциональных отличий российский рынок предоставляет уникальную возможность дополнить международные исследования.
Цель исследования — провести количественную оценку риск-доходности ESG-индексов Московской биржи (MESG, MRRT, MRSV, MRSVR) в сравнении с базовым индексом IMOEX за 2024 год. Проведенный литературный обзор позволяет выдвинуть следующие гипотезы исследования:
Н1: ESG-индексы характеризуются более низкой волатильностью по сравнению с широким рынком;
Н2: Отдельные ESG-индексы обладают меньшей бета-чувствительностью к рыночным колебаниям;
Н3: Влияние ESG-подходов на риск-доходность неоднородно и зависит от состава рейтингов и методики расчёта.
1. Московская биржа (MOEX). – URL: https://www.moex.com/ru/index/IMOEX/about (дата обращения: 01.10.2025).
2. Попов, Е.В. Влияние ESG-рейтингов на финансовые показатели компаний РФ // Актуальные направления научных исследований XXI века. 2024. Т. 12. № 4. С. 159–172.
3. Попов, Е.В. Оценка устойчивого развития в России: роль экологических рейтингов // В сб.: Циркулярная экономика… Воронеж, 2024. С. 306–313.
4. Рябова, Е.В. Влияние ESG-принципов на эффективность бизнеса / Е.В. Рябова Е.В., В.В. Россохин // Псковский регионологический журнал. 2024. Т. 20. № 2. С. 42–63.
5. Чернышова, М.В. Подходы к принятию инвестиционных решений на основе ESG-факторов / М.В. Чернышова, В.М. Шогенова // Сибирская финансовая школа. 2023. № 2. С. 15–23.
6. De Lucia, C. Does good ESG lead to better financial performance? / De Lucia C., Pazienza P., Bartlett M. // Sustainability. 2020. Vol. 12. Article 5317.
7. Drempetic, S. The influence of firm size on ESG score / Drempetic S., Klein C., Zwergel B. // Journal of Business Ethics. 2020. Vol. 167. P. 333–360.
8. Friede, G. ESG and financial performance: aggregated evidence from more than 2000 empirical studies / Friede G., Busch T., Bassen A. // Journal of Sustainable Finance & Investment. 2015. Vol. 5. P. 210–233.
9. Garcia, A.S. Testing the institutional difference hypothesis / Garcia A.S., Orsato R.J. // Business Strategy and the Environment. 2020. Vol. 29. P. 3261–3272.
10. Garvey, G. A pitfall in ethical investing / Garvey G., Kazdin J., Nash J. // SSRN. 2016.
11. Giese, G. Foundations of ESG Investing / Giese G., Lee L., Melas D., Nagy Z. // Journal of Portfolio Management. 2019. Vol. 45. P. 69–83.
12. Popov, E.V. The impact of ESG ratings on corporate financial performance of Russian companies // BIO Web of Conferences. 2024. Vol. 145. Article 05010.
13. Su W. et al. The signaling effect of CSR in emerging economies // Journal of Business Ethics. 2016. Vol. 134. P. 479–491.
14. Velte P. Does ESG performance have an impact on financial performance? // Journal of Global Responsibility. 2017. Vol. 8. P. 169–178.
15. Wang, Z. Corporate social responsibility governance, outcomes and financial performance / Wang Z., Sarkis J. // Journal of Cleaner Production. 2017. Vol. 162. P. 1607–1616.
16. Wong W.C. et al. Does ESG certification add firm value? // Finance Research Letters. 2021. Vol. 39. Article 101593.
17. Yu, E.P. ESG transparency and firm value / Yu E.P., Guo C.Q., Luu B.V. // Business Strategy and the Environment. 2018. Vol. 27. P. 987–1004.
18. Попов Е.В. Влияние esg-рейтингов на финансовые показатели компаний в различных секторах РФ // Актуальные направления научных исследований XXI века: теория и практика. 2024. Т. 12. № 4 (67). С. 159-172.
